Сборник «Дети – узники фашизма»: отнятое детство советских детей

История человечества хранит много скорбных дат, одной из них является «Международный День освобождения узников концлагерей», который отмечается 11 апреля. Она была установлена Организацией Объединенных Наций в память об интернациональном восстании узников концентрационного лагеря Бухенвальд (Буковый лес), которое произошло 11 апреля 1945 года.

Прошло более 72 лет после окончания самой кровопролитной и жестокой Второй Мировой Войны. Война, развязанная фашистской Германией, была не только захватнической, она была истребительной. Нужна была не только победа на полях сражений над Красной Армией, но все делалось для уничтожения большей части населения.

В первую очередь уничтожались самые активные члены общества: коммунисты, комсомольцы, работники госструктур и партийных аппаратов. Подлежали расстрелу попавшие в плен комиссары, командиры, партизаны и помогавшие партизанам граждане, а также евреи, цыгане. Работала целая система истребления мирного населения Советского Союза.

Оказавшихся в плену красноармейцев, насильно доставленных на территорию Германии мирных граждан, использовали на тяжелых работах в промышленном и сельскохозяйственном производстве. Брали кровь у детей для своих раненых солдат и офицеров. Проводили изуверские биологические эксперименты на взрослых и детях.

По подсчетам специалистов в огне войны погибли более 20 миллионов граждан Советского Союза, большинство из которых мирные граждане. В их числе около 5 миллионов узников концлагерей. Каждый пятый узник был ребенок.

У детей было отнято детство, омрачено будущее. У взрослых – не родившиеся дети, утеря родных, разрыв с родными местами, не заживающие, кровоточащие раны, обида на несправедливое отношение к ним государства.

Проходили годы, восстанавливалось разрушенное народное хозяйство, залечивались раны, зарастали бурьяном и кустарником окопы, траншеи. За тяжелой работой, повседневными заботами о благополучии своих семей у людей понемногу затягивались не только телесные, но и душевные боли.

С каждым годом остается все меньше и меньше несовершеннолетних узников фашистских концлагерей. В настоящее время в Зеленограде проживают 176 человек. Самому младшему из них за семьдесят лет.

Совет несовершеннолетних узников нашего города при поддержке Ресурсного центра НКО Зеленограда Комитета Общественных связей Москвы в 2017 году подготовил сборник «Дети – узники фашизма». Нельзя без слез читать воспоминания бывших малолетних узников о зверствах, мучениях, которые им пришлось перенести в фашистских концлагерях. Казалось бы, столько лет прошло после окончания войны, а в памяти людской до сих пор хранится все, что пришлось испытать, пережить от фашистских нелюдей В подтверждение этих слов хочу предложить выдержки из воспоминаний некоторых бывших малолетних узников концлагерей. 

Мельникова Ирина Александровна:

– 17 сентября в городе появились немцы. Начались облавы, появились виселицы. Еду, которая была в доме, мы съели, а запасов не было. Начался голод, мама опухла, я и сестра еле ходили. Нам сообщили, что 25 октября мы все должны покинуть свой дом и уйти в город Гатчина, а тот, кто не уйдет, будет расстрелян. Шли под охраной. Из-за усталости многие бросали вещи. К ночи пригнали в Гатчину, затолкали в разбитые дома. Спали вповалку, а утром пригнали на вокзал, распределили по товарным вагонам, закрыли и куда-то повезли. Высадили на станции Ваймер под Кингиссепом и погнали дальше. Уже был мороз, шел снег. Люди шли еле-еле от деревни до деревни. По распределению старосты хозяева иногда пускали переночевать в дома.  А если не доставалось, то ночевали прямо на улице у костров.

В городе Гдова переночевали в разбитых домах, а утром привели на вокзал, загнали в товарные вагоны и повезли в Литву, в лагерь «Кретинг». Здесь нас раздели, осмотрели, обработали каким-то порошком, прожарили нашу одежду, а через неделю повезли в Германию.

Привезли в лагерь города Ульм и разместили в бараках, обнесенных колючей проволокой. Кормили так: утром ковш чая, в обед ковш похлебки и маленький кусочек хлеба. Все это быстро съедалось, но чувство голода не проходило. Страх был среди нас, говорили, что людей на машинах увозят то ли на расстрел, то ли в другой лагерь».

   Кошмар Серафима Николаевна, родилась в 1934 году в городе Пушкин, Ленинградской области:

 – Летом 1941 года пришли немцы и погнали нас в Гатчину. На наших глазах вешали и расстреливали всех евреев. Из Гатчины нас повезли в закрытых немецких машинах в Польшу, в концлагерь, в котором я пробыла 11 месяцев. Со мною была мама и бабушка. Бабушка умерла от голода, оставляя мне каждый кусок хлеба. Всех, кто умирал, сжигали в печах. Но перед тем, ка бросить в печь, если у ребенка был хоть какой-то жирок, его срезали штык-ножами, после чего делали нам котлеты. Раскаленным металлом на руках делали метки тем, кто должен ехать в Германию.

Жарикова Анна Захаровна:

– 75 лет назад войска Воронежского фронта освободили обреченных на смерть военнопленных и мирных жителей, находившихся в Острогожском концлагере.

У меня на всю жизнь, где-то там в подкорке мозга, остался страх перед лаем собак, а по ночам часто снится сон, где мне очень хочется кушать, что я смертельно голодна.

«Концлагерь, концлагерь, проклятый концлагерь!

Ты снишься во сне до сих пор.  

Оскальные пасти немецких овчарок  

И злобный их лай над головой.

Нас жёг крематорий, болезни косили

И плётки свистели над головой,

И снайпер на вышке, не целясь,

Укладывал пленных вниз головой.

Во сне задыхаюсь от дыма печного

И хочется кушать всегда …

Я просыпаюсь в тепле и покое.

Я дома! И рядом Москва».

После освобождения из лагеря в лютом январе 1943 года я с мамой и старшей сестрой вернулась домой в село Залужное Микинского района Воронежской области на пепелище. Мне тогда было два с половиной годика, сестре шесть лет, а маме 30 лет.

Елисеев Андрей Петрович, родился в ноябре 1935 года в д. Абрамково Смоленской области:

– Летом 1943 года немецкие солдаты по деревням собирали молодежь, заталкивали в машину и отвозили в Смоленск. В их числе оказались мама, сестра и я. В Смоленске нас погрузили в вагоны и повезли в Германию. В пути находились несколько дней. Останавливались ночами на станциях. Видели сожженные станционные здания, трупы. Говорили между собой, что это работа партизан. В Германии отправили в лагерь, обнесенный колючей проволокой, с пулеметами на вышках и охраняемый солдатами с собаками. Нас ожидали нары и постоянное чувство голода. Примерно через год нас передали какой-то хозяйке, у которой мы проработали до освобождения Красной Армией в апреле 1945 года. После этого мы отправились на Родину, в свою деревню.

Позже Андрей Петрович напишет много стихотворений, посвященных военному периоду, Родине, узникам, военнопленным. Одно из них «Возвращение» предлагается вашему вниманию:

Земля пристанище дала,

А небеса мне дали пищу.

Россия с детства позвала

Домой к родному пепелищу.

Война. Концлагерь меня ждал.

Так обошлась судьба со мною.

Я от бессилия страдал

И ждал свиданья со страною.

А сколько наших полегло?!

Живых закапывали в землю.

В конце концов мне повезло,

Но зла такого не приемлю.

Травили в газовых печах,

На теле цифры выжигали,

Использовали даже прах,

Им свои земли удобряли.

Выкачивали кровь из вен

И голодом всегда морили.

Солдат, попавших к немцам в плен,

У них рабами становились.

Крюкова Людмила Михайловна, родилась в 1936 году в селе Никитье Сычевского района Смоленской области:

– После ухода наших войск с конца 1941 года по сентябрь1943 года территория нашего района была оккупирована немецкими захватчиками. Однажды в наше село приехала крытая машина – «душегубка» называлась. Меня с сестрой посадили в эту машину, в которой уже находилось несколько детей. Я запомнила, как девочки говорили, что если пустят газ, то нужно приложить к лицу мокрую тряпку. Но газ не пустили. Нас разместили в двухэтажном здании, огороженном колючей проволокой. Кормили нас кукурузной баландой, супами из картофельных очистков. Больных куда-то увозили. Помню совсем маленьких Розу и Славика. Оба умерли. Не выдержали их желудочки кукурузной баланды и супа из картофельных очистков. Я помню постоянное чувство голода и как нас группу малолеток куда-то вели под конвоем. Было очень холодно, а на ногах только резиновые галоши. Я простудилась и заболела. Хорошо, что Красная Армия успела нас освободить и каратели не успели взорвать бочки с порохом, которые были расставлены по углам здания.

*****        *****      ****

Неужели люди, считавшие себя самой чистой и высшей расой на Земле, могли творить такие жестокости с ни в чём невинными людьми?! Могли! Так и было. Разве может им быть оправдание? Никогда! А прощение? Это дело каждого, кто прошёл по своей жестокой тропе и пережил все муки фашистского ада.

Наши братья, отцы, деды проливали свою кровь, жертвовали жизнями, чтобы мы спокойно жили в свободной от фашистского рабства стране, любовались мирным небом и чудесами природы, трудились, любили, воспитывали своих детей, берегли и защищали свою Российскую землю от непрошенных «гостей».

У каждого из бывших малолетних узников фашистских концлагерей сложилась своя судьба. Несмотря на все беды, выпавшие на долю малолетних узников фашистских концлагерей, оставшиеся в живых, нашли свое место на нашей земле, в нашем обществе, достойно исполняли свои служебные, житейские обязанности, а теперь заслуженно отдыхают, воспитывают своих внуков, правнуков, пишут стихи, активно участвуют в военно-патриотическом воспитании подрастающего поколения. Слава Богу, не омрачили свои души злобой и местью к бывшим врагам! Незлопамятный русский человек. Но и небеспамятный.

Сергей Федорович Антонов, зеленоградец, малолетний узник концлагеря

По материалам Ресурсного центра НКО Зеленограда